Неофициальный сайт
Иван и Леша. 7 сентября.
7 сентября остановилось сердце любимца «Локомотива» Ивана Ткаченко, а вскоре за командой ушел ее преданный болельщик

Про Ваню Ткаченко, отыгравшего за родной Ярославль десять лет, говорили: «сердце «Локомотива».
Про фаната Лешу Широкого, отболевшего пятнадцать лет за «Локомотив» и погибшего через два месяца после него, болельщики сказали: «Леха не умер, а просто ушел к своему любимому клубу...»
Они навсегда остались частью одной семьи.

1987 год, Ярославль, школа «Торпедо».
На тренировке один из мальчишек, пытаясь отобрать шайбу у Вани Ткаченко, попадает ему клюшкой в лицо и выбивает два передних зуба. 8‑летний Ваня молча уходит со льда... но уже через несколько минут (врач обработал зубы) бежит обратно.
– Ты чего? Иди домой! – удивленно кричат ребята.
– Не-е... – машет головой Ваня. – Что там – дома-то?..

1993 год, Ярославль, школа «Торпедо».
– Мне Ткаченко не нужен! – говорит новый тренер: он считает, что привез в школу более перспективных ребят.
И в 14 лет Ваня уезжает в Саратов к первому тренеру Александру Подметалину, живет в доме у его старенького отца. Только два человека в мире верят, что Иван Ткаченко станет известным хоккеистом: Ванин отец Леонид Владимирович и тренер.

1995 год, вторая команда ярославского «Торпедо».
Завтра игра на товарищеском турнире. В одиннадцать часов вечера – спать. Телевизор в гостинице – только в холле... а Ванин любимый сериал «Секретные материалы» начинается за десять минут до отбоя.
– Блин, вот бы досмотреть! – вырвалось у Ваньки.
– А давай телевизор из холла перетащим, – предложил друг.
Перетащили. Мощный стук в дверь. Вваливается горничная в слезах, решившая, что у нее украли телевизор, и с ней главный тренер: «Завтра играете – и чтоб я вас обоих больше в команде не видел!».
–  Ткач, не беспокойся. Все будет нормально, – успокоил друг. – Завтра мы с тобой вый-дем, отыграем, и нам все простят.
Ваня забил и отдал, друг пропустил лишь раз. Выиграли – 2:1. Тренер после игры сидел-сидел – наконец говорит: «Ладно, прощаю вас... в первый и последний раз».

1995 год, Ярославль, квартира Широких.
Семья Леши переехала сюда из Эстонии, где служил отец. Леша с папой и мамой лежат втроем на кровати и смотрят по телевизору матч «Торпедо». Рядом с домом – хоккейная коробка, на которой всю зиму пропадает сын. В трех остановках от нее живет Иван Ткаченко...

1999 год, Заволжье, команда «Мотор».
19‑летнего Ваню из «Торпедо»  отдали в аренду. Зима. Минус двадцать. Тренировки – на открытой площадке. Чтоб лицо на морозе не обветрило, игроки его мажут вазелином. Под шлем – тоненькую шапочку. Половина занятия позади – заливка льда. Ребята забегают в раздевалку, скидывают коньки. В раздевалке – четыре чайника. Чай разлили – ветераны поставили ножки на горячие чайники и греют. А остальные – кто растирает ноги, кто сует их в батарею...
Иван терпит. Его научили родители: если стучать лбом в стену – она когда-то даст трещину...

2002 год, Ярославль, «Локомотив» – чемпион России.
Ваня, пять лет скитавшийся по командам, не верит, что это случилось с ним: что вот так, за один год, вернувшись в Ярославль, он выиграл с родной командой чемпионат.
– Ткач, пошли! Уже надо ехать, – поторапливают Ваню друзья. Ему, который никому не отказывает в автографе, незнакомый фанат желает удачи уже пятнадцать минут. Ванька поворачивается к друзьям, разводит руками и всем своим видом показывает: ну, не могу...
– Мама! Смотри! – кричит одуревший от счастья Леша, вбегая в родную квартиру, и показывает матери автограф Вани.

2003 год, Ярославль, «Локомотив» – снова чемпион России.
Лешина мама на выходные уезжала в деревню, а когда вернулась, подруга ее встречает и говорит: «Наташ, а что у вас там – свадьба, что ли, была?». – «С чего ты взяла?». – «Иду в воскресенье мимо вашего дома – а у вас весь балкон сердечками обклеен»...
Иногда перед матчами на сиденьях в арене лежат плакаты с рисунком сердца. От радости после чемпионства Леша обклеил плакатами «Я люблю «Локомотив» весь балкон...

2008 год, Ярославль, триумф фаната Широкого.
Лешу с другими фанатами замечает руководство «Локомотива»: «Будете ходить постоянно – будем вам пригласительные выносить!».

2010 год, Пермь, отделение милиции ж/д вокзала.
Алексей звонит матери. «Леш, ты где?». – «А я в Перми...». – «Ты что, с ума сошел? Ты же вчера был дома...». Поездом из Москвы через Ярославль в Пермь на матч с «Амкаром» ехали болельщики футбольного «Локомотива» (фанаты футбольного и хоккейного «Локо» дружат. – Прим. ред.), из поезда позвонили Леше: «Не хочешь поехать в Пермь?». Леша выключил компьютер, собрался и поехал... Туда его увезли, а обратно денег нет... Пермь большая, он на вокзале – к милиционеру: «Помогите добраться домой». Мать перевела деньги – ей звонят из пермской милиции: «Не плачь! Билет куплен. Мы посадим его на поезд!». Мать до сих пор переживает, что не написала благодарность в Пермь.

2011 год, Ярославль, матч плей-офф «Локомотив» – «Атлант».
В случае поражения – сезон для «Локомотива» закончится. Ткаченко один идет в обводку, продавливает двух защитников и вратаря, в падении забивает победную шайбу. Леша сидит так, что видит его лицо: это выражение самого счастливого человека на свете. Да, завтра будет другая игра. Но сегодня он совершил подвиг. Для своих болельщиков. Для родной команды. Для любимого Ярославля.

Февраль 2011 года, Минск, последний выезд Широкого.
Едут на «двойник» (две игры. – Прим. ред.) в Минск. Леша не успел записаться на выезд, но до последнего верил, что сможет поехать. Пришел с температурой. Болельщики возле автобусов собирались долго. Наконец скомандовали: «Все по местам! Больше никого ждать не будем! Едем!». Когда поняли, что одного болельщика нет, Леха не верил своему счастью: «Дождался!». И первым влетел в автобус. Ехали 17 часов. Лешин друг по «фанке» Рома Гонтаренко после матча успел сфотографироваться с Галимовым и Вашичеком и хочет – с Демитрой. Но вокруг него толпа метров на десять. Лешка толкает друга в плечо: «Ром, ну что ты? Это разве наш последний выезд? Еще столько фоток будет...».

6 сентября 2011 года, Ярославль.
Иван отвез беременную жену на УЗИ, а из больницы поехал на встречу со старшим братом Сережей. Привез ему хоккейную экипировку. А папа недавно обмолвился: «Джинсов нет...» – так Ваня собрал мешочек…
Ваня стоял, светился и все повторял Сереже: «У меня – пацан!».

12 ноября 2011 года, Ярославль, у дома Леши.
В одиннадцать вечера Леша звонит маме: «Мам, мы тут с Максом стоим недалеко во дворе. Холодно. Можно мы придем к нам?». Мать разрешила. Сидит, ждет. Проходит десять минут. Двадцать. Полчаса. Маме звонит Лешин друг Максим: «Теть Наташ, Лешу на переходе машина сбила... Насмерть».
Леша окончил химико-механический техникум, но с работой не очень складывалось: на моторном заводе поработал – сократили, потом побыл грузчиком, с лета 2011‑го сидел дома, а как случилась беда – тут уже не до работы было... Плакал. Вдвоем с другом сочинил стихи.
Когда погибла команда, Леша свой шарф привязал у «Арены-2000». И, когда его хоронили, болельщики, зная, что у него нет шарфика, принесли свои. Шарфов оказалось три. Их так и положили – в гроб Леше.

Октябрь 2011 года, Ярославль, комната Леши Широкого.
Маленький хоккейный музей, созданный Лешиными руками. 15 лет его жизни. Автографы игроков «Локомотива». Выстроенные в ряд абонементы, календарики с изображениями хоккеистов, наклейки. На шкафу висит большой перекидной календарь за 2007 год – он всегда раскрыт на странице с фотографией Вани Ткаченко...
Леша сидит за столом. У него на груди вытатуировано: «ЛОКО». На диване – друг Рома Гонтаренко. Леша поднимет голову от компьютера вверх, влево, вправо – и начинает плакать:
– Ром, я просто не знаю: как дальше жить?

Сентябрь 2012 года, Ярославль, квартира Ткаченко.
Ничего, кроме «серебряной» майки с чемпионата мира с автографами игроков сборной, не указывает на то, что здесь живет хоккеист. У Вани – другие ценности: на стенах висят детские рисунки его дочек Вари и Саши. А все его награды, медали и чемпионские перстни лежат в шкафчике… 
Сыну Вани – почти 8 месяцев. Ваня говорил жене: «Если будет мальчик – назовем Николаем». У сына большие Ванины глаза. Друзья отца с рождения называют мальчишку Николаем Иванычем.
– Как там Николай Иванович? – спрашивают у Марины.
– Нормально. Сегодня котлеты ел!

"Советский Спорт"

Архив новостей из прессы